Про чудовище

Знал бы кто, как тяжело между камней хорониться
Прятать в чащобе лесной морду, когда у других лица…
Когда к пруду тихому, хохоча девки бегут
А ты лишь вздыхаешь, лапы кору мнут.
И доходишь порой, что скрывать,
Одинокого бродягу поймав, начинаешь его рвать.
Не по злобе рвешь, а по чину,
Ведь рвать людей – одна причина,

По которой чудища живут,
Для того они и созданы, неизвестно кем рождены…
По большой видать пьянки зачаты были,
А потом злые люди следы скрыли,
В чащу мальца унесли, и до чего ведь обидно
Ну ладно бы утопили, или даже живьем в
Землю сыру зарыли, не так бы обидно было
А так… Когда другим молоко материнское теплое,
Ему гусеницы да трава горькая, коренья да падаль
И сколько раз падать… В горячке, оспе и тифе…
Человек бы подох, но он выжил…
Ведь он чудище, шерсть его густа,
Крепче лосиных крутые рога
Когти – что сабли, глаза – плошки…
Ну и что, что в шерсти блошки, можно выкусывать их на досуге
Жаль, нет рядом верной подруги, точно такой же
А вдруг еще будет? Может быть где-то, в чащобе лесной
Также как он, она в муках живет.
Воет ночами, бродяг в тоске рвет…
Встретится им бы… Было бы диво!
Вместе ночами, но уже не тоскливо,
Вместе бы рвали, но только от счастья,
Вместе бы жрали, блошек искали…
Только где ж ему решиться,
Взять и лес родной покинуть,
И плутая по равнинам, избегая городов
Красться ночью средь кустов.

Так и сдох он средь камней,
Томимый сущностью своей…

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *