День чьей-то жизни

Егор застегнул ширинку джинсов и дёрнул за цепочку слива навесного бачка. Понаблюдал, как бурный водопад омывает стойко-ржавые стенки унитаза. Затем подошёл к раковине. Из левого крана постоянно сочилась тонкая струйка, оставляя на эмали стойкие ржавые подтёки.
Он вымыл руки, набрал пригоршню воды и плеснул в лицо, фыркая и отплёвываясь, умылся. Проморгался. Стал чистить зубы.

Закончив с водными процедурами, Егор, как мог, подкрутил вентиль, сводя течь до минимума. Резьба крана была испорчена ещё тогда, когда он только въехал в эту квартиру. Хозяева, божились, что уже подали заявку и со дня на день придёт слесарь, чтобы починить кран. Однако за те два месяца, что он снимал квартиру, тот ещё не появился.
Егор скользнул глазами по обшарпанной стене и остановил свой взгляд на треснувшем квадрате зеркала в деревянной рамке. То что он там увидел, ему не понравилось. Под глазами синева. Двухдневная щетина почти оформилась в бороду.
После обеда надо побриться, — решил он, потирая шершавый подбородок.
Егор улыбнулся своему двойнику за стеклом, выставляя напоказ несколько кривые передние зубы. Почти идеально белые. Когда куришь – не так то просто отстоять их неприкосновенный жемчужный цвет.
— Он поцеловал свою принцессу и она тут же
Превратилась в лягушку, — пробормотал он и рассмеялся.
— Ты там ещё долго? – Послышался из-за двери,
Женский голос. – Мне в туалет надо.
Дверь приоткрылась, и в проём заглянуло симпатичное заспанное личико, обрамлённое ворохом растрёпанных волос.
— Егор, я писать хочу.
— А я тут при чём? За уши что ли подержать?
— Ты же знаешь… Не могу я когда кто-то рядом.
Зоя проскользнула внутрь. Его собственную рубашку она надела прямо на голое тело. Егор втянул воздух носом и поморщился. Ну как ей объяснить, что от парня не должно пахнуть женской парфюмерией?
— Ладно, пойду поставлю чайник. – Сказал он выходя в коридор.
— Я ничего не буду. – Донеслось до него из-за прикрытой двери.
-Знаю, — проговорил он, входя в единственную жилую комнату.
Вообще в квартире было две комнаты, но вторую использовали наподобие кладовой. Она полностью была захламлена разными старыми вещами, с которыми хозяева пожалели расстаться, однако на новую квартиру разумеется не взяли.
Егор подошёл к столу и взял свой бумажник. Открыл его. Первое что бросилось в глаза – фотография Зои, в бикини, на фоне озера. Фото сделано два года назад, когда они только познакомились.
Из отделения с товарными чеками и какими-то старыми билетами, он достал сложенный вчетверо ядовито-жёлтый листок. Развернул. Бездумно пробежался глазами по содержимому.
Это был рекламный буклет, из тех, что раздаются на улице всем желающим. Текст он успел уже выучить наизусть.

«Ломбард для всех»
Ссуды под залог ценных вещей.
Ул. Парковая, 47А.
ВНИМАНИЕ! ! !
ГРАНДИОЗНАЯ РАСПРОДАЖА
ЮВЕЛИРНЫХ ИЗДЕЛИЙ!
Цены самые низкие в городе! ! !
Купи у нас КОЛЬЦО СВОЕЙ МЕЧТЫ! ! !
Послышался звук сливаемой воды. Егор мигом сложил листок и запихнул обратно. Спрятал бумажник в карман джинсов и направился в кухню.
Здесь царила такая же «милая» обстановка, как и во всей квартире. Наспех поклеенные свежие обои сверху уже стали потихоньку отставать, обнажая под собой штукатурку мезозойского периода. Серый, закопчённый потолок, пол с призрачными следами былой покраски. Стол и табуретки, которые, в принципе, и выбросить не жалко. Старый холодильник и древняя газовая плита. Странно, что тараканов нет, обычно, к подобному интерьеру они прилагаются бесплатно.
Егор зажёг газ. Взвесил чайник, решил, что можно не доливать и поставил его на конфорку. В ожидании кипятка, он взял сигареты с подоконника и закурил.
В ванной во всю лилась вода, похоже Зоя решила принять душ.
Егор сунул руку в карман и пощупал бумажник.
Идея купить кольцо, по возможности, очень красивое, была подсказана, разумеется фильмами. И что с того? Это отличный символ! Лучше всего подходит для предисловия к предложению выйти замуж… И без разницы, что такая романтическая идиллия давно превратилась в некий бытовой обряд. Это хорошая традиция. Как отмечать день рожденья например, или, как встреча нового года.
Скрипнули половицы. Егор метнул взгляд в направлении звука. На пороге, прислонившись к косяку стояла Зоя.
Она позевнула.
— Чёрт, катастрофически не высыпаюсь. Везёт, у тебя выходной.
— Да ладно, осталось то полтора месяца, потом спи не хочу.
— В каникулы уже не захочется. Тем более я на экзаменах двести раз скончаться успею.
— Не скончаешься, — усмехнулся Егор. – Ваша группа скорее преподов до инфаркта доведёт.
Зоя показала ему язык.
— Ваша что ли лучше была?
— Ага.
— Ну конечно, рассказывай сказки… — Она потянулась, выставляя на обозрение совершенную округлость своего бедра.
— Может прогулять.
— Прогуляю я кому-то. Чтобы твоя мама мне шею намылила. Она и так на меня смотрит, как волк на ягнёнка.
— Ягнёночек. – Зоя рассмеялась.
— Кстати, забыл, вчера, пока ты собиралась, она меня спросила — не курим ли мы на пару какую-нибудь дрянь.
— Серьёзно что ли?
— А то! Конечно серьёзно. А я говорю: ну так иногда бывает…
— С ума сошёл, правда что ли так сказал?
Он затушил останки сигареты в керамической пепельнице, полной окурков.
— Шучу. Сказал — что вы, как можно, а что такое дрянь?
— А она?
— На первый взгляд сделала вид, что поверила, иначе с позором выгнала бы меня из дома. Стала рассказывать про какую-то свою подругу у которой сын наркоман, полквартиры уже вынес, ну и всё такое…
— А-а-а, Вовка, жалко парня и маму его жалко, намучилась она с ним…
— Ты его знаешь?
— В одной школе учились. Он вообще-то нормальный парень. – Её взгляд ускользнул куда-то в пустоту. — Был…
— Ясно.
— Нет, правда. Не гений конечно, но не какой-нибудь там… Были у нас придурки; отпетые хулиганы. Ну знаешь… про таких ещё говорят, мол, сразу видно, ничего путёвого из них не выйдет.
— Знаю, про меня так же говорили.
— Да брось, а кого на встрече выпускников хвалили так, что пришлось за руку держать, как бы не украли такое сокровище?
— Они просто не помнят. На таких сборищах не говорят о плохом. Отмучались с нами и слава Богу. А что с Вовкой случилось? Попал в плохую компанию?
— Угу, связался с придурками, техникум забросил. Теперь ему, кроме наркоты ничего не надо…
— Мда, — Неопрделённо проговорил он.
Тем временем вода в чайнике забурлила. Егор выключил газ. Отрезал от батона пару кусков. Потом достал из холодильника тарелку со сливочным маслом.
Глядя как он умеренным слоем намазывает масло на хлеб, Зоя поморщилась.
— Я не буду, — на всякий случай напомнила она.
— Плохая привычка, — в какой раз попенял он ей.
Егор плеснул в кружку воды из чайника.
— Ладно, пойду оденусь, а то от одного вида тошнит.
Она вышла. Егор неодобрительно покачал головой, вытащил из коробки два чайных пакетика и по-очереди утопил их в кипятке. Ему нравилось наблюдать, как попадая в водную среду из бумажной упаковки выползает густое коричневое облачко. Словно от чая отделяется его чайная душа.
Позавтракав Егор вернулся в комнату. Зоя уже успела одеться и теперь, сидя за столом, занималась макияжем. Выставив перед собой миниатюрное зеркальце, подводила губы контурным карандашом.
Красивые у неё губы, улыбчивые. С крохотными уголками, тонущими в маленьких ямочках. Других таких нет на всём белом свете! В такие нельзя не влюбиться!
Уловив его пристальное внимание Она отложила карандаш.
— Что?
Егор пожал плечами.
— Ничего, просто смотрю.
Он заметил на ближайшей подушке свою скомканную рубашку. Егор шагнул к дивану и подобрал её. Казалось материя всё ещё хранила тепло Зоиного тела.
Да нет, слишком много времени прошло…
* * *
На улице было прохладно. Градусник за окном показывал минус три, но он вечно «врёт» на пару градусов. Так что минус пять, никак не меньше. Яркое постзимнее солнце ещё не успело разогреть свой обычный «обед» из остатков слежавшегося снега и грязи. В мутных зеркалах обледенелых луж отражались ослепительные блики. По всей видимости, денёк предстоял, что надо.
Егор вдохнул полной грудью свежий морозистый воздух, да так, что лёгкие закололо.
Его старая «Волга – 2410», белая с серым налётом грязи, отстояла на другой стороне подъездной дороги. Вместе с остальными машинами.
Егор открыл дверцу водителя и проскользнул на место водителя. Ему показалось, что в салоне ещё холоднее, чем на улице.
Двигатель завёлся со второго раза и заработал чётко, как швейцарский хронометр. Неплохо, если учесть в каком состоянии эта развалина была приобретена почти за бесценок.
К тому времени вырывающийся изо рта пар уже успел осесть на лобовом стекле. Он пошарил рукой под сидением, достал тряпку и принялся удалять конденсат.
В зеркало, он увидел, выходящую из подъезда Зою.
— Как в холодильнике, — Забравшись на соседнее место, проговорила она.
— Сейчас двигатель малость прогреется, печку включу.
— Там никакой хвостатой твари под колёса не
Забилось? – спросил Егор.
— Неа.
Просигналив для всякого случая, он сдал назад и вывернул со стоянки.
* * *
Возле очередного перекрёстка их подрезал красный спортивный кабриолет «Феррари». Кабриолет проскочил перед самым «носом» Волги. Егор едва успел ударить по тормозам. Задние колёса, как и следовало ожидать, повело вправо. Егор отпустил педаль тормоза и выровнял машину. Тем временем кабриолет, словно ничего не произошло, проехал перекрёсток «на жёлтый» и помчался дальше.
— Вот ублюдок! – Выругалась Зоя.
— Дебил, — Егор стёр холодный липкий пот со лба, жалея, что не может сделать то же самое с задницей. – На кладбище торопится, идиот.
— Надеюсь, скоро попадёт. – Пожелала Зоя.
Вскоре они подъехали к нужному корпусу Озёрного Политехнического Института. Дворик, перед главным входом уже была забита машинами, поэтому Егор притормозил прямо на улице.
На крыльце и ступенях здания толпились разрозненные группы молодых людей и девушек. Курили. Разговаривали. Бурно приветствовали новоприбывших знакомых. Пара дверей-вертушек практически не стояла на месте. Крутились волчком, отражая солнечный свет своими стеклянными поверхностями. Кто-то выходил, но большинство стремилось внутрь.
— Во сколько сегодня заканчиваешь? В час?
— Ага…
Зоя тоскливо посмотрела на окна второй этажа, где была сороковая аудитория.
— Ладно пойду.
— Не делай такую кислую мину, — заулыбался он. — Как лимон.
— Сам ты лимон.
Они поцеловались.
— Ладно, — Зоя вымученно вздохнула.
Егор улыбнулся, но промолчал.
Она подхватила сумочку и открыла дверцу машины.
— Егор.
— Что?
— Поосторожней, ладно?
— Само собой.
Зоя прикрыла дверцу и зашагала к крыльцу. Когда она обернулась, Егор, не растерявшись, послал ей воздушный поцелуй.
* * *
Ехать без напоминаний пришлось очень осторожно. Как бывает в оттепель, появилась жидкая дымка, раздражающая глаза. Да и лёд потихоньку начал подтаивать, что, разумеется, не в лучшую сторону отразилось на сцеплении колёс с поверхностью.
Проезжая по проспекту «Ветеранов» он в очередной раз, наглядно убедился, чем могла закончится бесшабашная езда в таких условиях. Сначала в глаза бросилась машина ДПС, сверкающая маячками. Затем он углядел красный «Феррари» с вмятым в капот, погнувшимся фонарным столбом.
Егор сбавил скорость, что бы поглядеть на номер изувеченной машины. Номер идиота, подрезавшего их на перекрёстке запомнить было нетрудно – три девятки.
Номер совпал.
— Приехал.
Однако его мрачное злорадство, улетучилось, как только он заметил на земле возле машины, что-то красное. Не то пятна крови, не то хлопья отлетевшей от кузова краски.
На передней панели лежало нечто, бесформенное, похожее на скомканное тряпьё…
Вскоре до него дошло.
Это всего лишь подушка безопасности…
Егор нервно рассмеялся.
Он свернул налево, проехал небольшой переулок и выехал на «Восточную Парковую» — главную деловую «артерию» города. Сюда не выходило ни одного жилого подъезда. Сплошь конторы всевозможных коммерческих представительств. Всевозможные специализированные салоны, бутики, ночной клуб, соединённый с кинотеатром. два банка, бары и кафе. Медленно проезжая по улице, Егор озирался по сторонам — не мелькнёт ли где нужная вывеска.
Вскоре на глаза ему кое-что попалось. На стене здания, с противоположной стороны улицы, обнаружился небольшой жёлтый прямоугольник, на котором просто значилось: «Ломбард» и красная стрелка, направленная на угол здания.
Егор проехал вперёд до первого попавшегося проулка. Развернулся и поехал в обратном направлении. Доехав до вывески, он свернул в указанный стрелкой проём и оказался в заваленном мусором тупике. Впереди путь преграждала кирпичная стена.
Да, он попал по нужному адресу. Слева было то самое, что он искал.
Надпись над входом, как и указатель, была выполнена тоже чёрным на жёлтом фоне:

«Ломбард для всех»
Ссуды под залог ценных вещей.

Внутрь вела стандартных размеров стеклянная дверь, завешанная изнутри наглухо закрытыми жалюзями. По бокам, сверкая чёрным «вулканическим» блеском, зияли квадраты зеркальных витрин. Разглядеть что-либо сквозь них не представлялось никакой возможности. Зато они давали возможность полюбоваться на своё отражение. Вернее на мерзкое демоническое создание, в которое «превращали» его эти зеркала.
Егор даже поёжился. Но не только искажённая до безобразия, собственная внешность была тому виной. Ему почему-то живо представилась, что за проёмами витрин «сама по себе» теплится некая кошмарная форма жизни. Какое-то её извращённое подобие… Нечто ужасающе аморфное, не похожее ни на что из существующего в этом мире… и злое…
Егор потряс головой.
Бред какой-то…
Однако ощущение, что от витрин так и веет неприкрытой безумной злобой, уходить не собиралось.
Чувствуя себя крайне неуютно под «пристальным вниманием» чёрных зеркал, Егор нетвёрдой походкой подошёл к двери. Как за спасательный круг, поспешил схватиться за позолоченную ручку и только теперь увидел привешенную за стеклом табличку.
ЗАКРЫТО.
Может убрать забыли?
Он подёргал за ручку. Не забыли, дверь действительно была закрыта. Поискал глазами расписание работы, но его нигде не было.
Егор повернулся спиной к двери, почти физически ощущая лопатками, как витрины позади недобро «косятся» на него. Стараясь не думать об этом, он достал сигареты и закурил.

* * *
Социология. Лектор строчил, как автомат, выдавая в аудиторию полтора – два полновесных научных и околонаучных слова в секунду. Зоя даже не пыталась вникать во всю эту учёную сутолоку, сводившуюся к тому, что если в мире творится что-нибудь масштабное, то ответственно за это (или виновато) – «Активное Большинство», которое, по каким то причинам, этого захотело. Отчасти Зоя была с этим согласна, а отчасти нет. Если обществом управляет большинство, то что такое — Наполеон, Гитлер и Сталин. Торквемада, Влад Дракула Цепеш, Бокасса – неужели все они прямое порождение общества! ? Так называемые, исполнители воли «толпы».
Думать так, значит признать, что разум не что иное, как ничего не значащая игра теней. Что вселенной правит отнюдь не умное начало, а нечто дьявольское, убийственное… чуждое всякой логике и чувствам. Что люди по своей природе злобные и равнодушные, для чужих страданий, монстры. А доброта, любовь и прощение – всего лишь маленькая уродливая опухоль на теле чёрного всепожирающего хаоса. Обречённая на практичное отторжение из этого вселенского ничто… Что жизнь случайна и бессмысленна…
Нет, не правда! ! ! Есть же смысл! Ведь есть же? . .
Откуда-то сбоку послышалось шипение разъярённой кобры. Зоя вздрогнула. Шум производили древние динамики, над дверьми аудитории. Насколько Зоя помнила, использовали по назначению это пыхтящее чудо всего один раз. На втором курсе, через них, было дело, объявляли учебную пожарную тревогу… Сказали, что «Внимание! . . », что «Без паники! . . », попросили проследовать к ближайшим выходам из здания, а потом врубили пронзительный душераздирающий звонок, под который всех студентов и сгоняли к выходу.

* * *
Зоя огляделась и с удивлением заметила, что остальные словно не замечают этого надсадного статического хрипа. Препод продолжает бубнить про свои «группы», «проценты» и «погрешности», а остальные либо внимают, либо тихо занимаются своими делами.
«… Хроника городских происшествий… » — Неожиданно разразилось из динамиков – «На улице Ветеранов, неподалёку от одноимённой остановки, красный Фиат врезался в фонарный столб… »
Ясно, где-то на линию замкнуло радио.
Такое иногда ещё случается с телефонами подключённым к древним АТС.
Голос вновь потонул в шуршании помех. Но не надолго.
Очередной сеанс не заставил себя ждать: «ш-ш-ш… только что нам передали: на лице «Паркостроя», неподалёку от
Перекрёстка с «Гагарина» произошло ещё одно дорожно-транспортное происшествие… ш-ш-ш… «Камаз» врезался в неожиданно выехавшую из переулка светлую «Волгу»
«Газ – 24» … «… раза перевернувшись, «Волга» вновь оказалась на колёсах. Водитель потерял сознание и до сих пор остаётся внутри – двери накрепко заклинило. Похоже, что ноги водителя тоже зажаты. Ожидается приезд медиков и спасательной бригады со спецприспособлениями. Пока водитель находился в сознании, он просил ничего не говорить о происшедшем какой то Зое, потому что…
Ш-ш-ш-ш-ш».
Динамик затих.
Девушка в оцепенении смотрела прямо перед собой.
Господи, этого не может быть… Такого не бывает…
Пальцы, которыми она стиснула края парты побелели, как снег.
Нет, это не он…
Но, как только эта мысль оформилась в её голове, окончательно озвучив, то что до сего момента висело туманно-прозрачным домыслом, где-то на задворках её разума, она уже знала… Да, это он…
Точно при замедленной съёмке, Зоя поднялась со своего места и пошла к выходу. Тридцать две пары глаз уставились на неё. Кто-то что-то ей говорил и даже кричал, вдогонку, но она ничего не слышала.
Не помня как, она оказалась в вестибюле. Потом на улице. Она оглядела стоянку, но там никого не было.
Нужно было поймать машину. И тут она увидела как возле университетской остановки притормозил автобус. Зоя разглядела номер маршрута – 6-ой. Выходили пассажиры, другие ожидали посадки, всего двое. Она бросилась к автобусу. Успела в последний момент, когда автобус собирался отъезжать. Зоя забарабанила по стеклу пассажирской двери. Автобус дёрнулся, остановился, рассерженно зашипел пневмоприводом, открывая путь в недра салона…
* * *
Егор швырнул окурок в груду мусора и обернулся к двери.
Когда же они начинают работать? . .
С удивлением он обнаружил, что табличка за стеклом сменилась на:
«Открыто, для всех»
Остроумно, ничего не скажешь…
Он повернул ручку и, повинуясь предписанию внизу — «от себя», толкнул дверь.
Звякнул колокольчик. От неожиданности Егор вздрогнул. Нервно усмехнулся, устыдившись испуга, но почти против желания — не нравилось ему это место…
Он спустился по короткой лестнице и оказался в сумрачном полуподвале. Две три тусклых лампочки под потолком и всё. Наверное владелец немало сэкономил на электричестве.
Егор быстро огляделся. Обстановка была мягко говоря несолидной. Стены из, намозоливших, декоративных кирпичиков, того неопределённого цвета, что глазам, почти физически, больно. Две пыльных витрины по бокам. На подзасаленом зелёном бархате, покрывающем стеклянные полки, даже при таком скудном освещении, поблёскивали различные ювелирные «безделушки». Кольца, простые и с огранёнными камушками. Браслеты. Одну полку целиком занимала роскошное колье, с какими то голубыми камнями. Стекляшки наверное. Откуда «в таком месте» взяться таким драгоценностям. Приглядевшись к цене на ожерелье, он фыркнул.
Конечно подделка.
Впереди был узкий тёмный прилавок под дуб.
Как в баре…
Только позади, вместо бутылок, такие же тёмные полки заставлены всякой всячиной: приёмники, фотоаппараты, фены… В самом углу на гвозде висели боксёрские перчатки.
Да чего там только не лежало, прямо глаза разбегались.
За прилавком никого не было, однако из чёрного проёма, ведущего наверное в заднюю комнату, доносилась какая-то возня. Егор хотел позвать продавца, или, как он там называется, но потом передумал. Решил, что мельком поглядит на бижутерию в витринах, и, если повезёт, незаметно ретируется, избегая всяких навязчивых предложений купить поддельное золотое кольцо. Или искусственный брильянт.
Вот почему здесь такие низкие цены.
Наверно здесь есть и «настоящие» драгоценности – это же ломбард всё таки. И возможно по вполне приемлемым ценам, вот только… Не нравилось ему это место…
Зря он сюда пришёл. Лучше бы отправился в нормальный ювелирный магазин и подобрал бы что-нибудь подходящее.
Он бросил прощальный взгляд на остальной грошовый ассортимент и подошёл к витрине с ожерельем. Странно чем-то оно его привлекало. Даже зная, что это всего лишь подделка, Егор находил украшенье вполне примечательным. Его так и притягивало сверкание сонма голубых камешков. Они искрились, словно в каждом из них заключили по маленькой шаровой молнии.
Ладно, пора делать отсюда ноги.
Он с некоторым трудом «отлепил» свой взгляд от колье и повернулся что бы уйти. И тут его осенило…
Чёрт, а где эти окна? !
Должен же виднеться хотя бы краешек тех самых зеркальных панелей… Не так уж и низко он спустился – на пол этажа не больше.
Но их не было. Сплошная стена из кирпича.
Зачем вставлять зеркальные стёкла, и закладывать кирпичом? Только для вида?
А может за ними, что-то есть?
Не понятно почему Егору пришла в голову эта несуразная мысль? Ведь, зазывная показуха встречается сплошь и рядом. Однако он почем то знал что дело не этом. Ему припомнилось, как неуютно он себя чувствовал перед зеркальными витринами снаружи. Словно кто-то наблюдал за ним оттуда…
Или что-то…
Сзади раздалось вежливое покашливание. Егор снова вздрогнул.
— К сожалению, стена не продаётся, молодой человек, — заговорил дребезжащий голос. – Она, так сказать, часть интерьера…
Егор обернулся. За прилавком, едва выглядывая из-за тёмного основания по плечи, стоял коротышка. Нет, правда, настоящий лилипут — таких, пожалуй, только в цирке встретишь. Седеющий типчик с лицом ребёнка, забавная природная карикатура на человека. Тем не менее, насмехаться над ним почему-то желания не возникало.
— Подыскиваете себе кольцо? – Коротышка хихикнул. – Самое хорошее, разумеется.
По спине Егора пробежали мурашки.
— Откуда вы знаете?
— Я видел, как вы смотрели витрину с кольцами. – Тот подмигнул.
Вот оно что, значит он подглядывал.
Только и всего.
— Я глядел на ожерелье, — непонятно зачем, решил прояснить Егор.
— Правда? Выходит, ошибся. – Коротышка пожал плечами. — Здесь такой плохой свет… — Опознался. Обычное дело. Обман зрения. Привиделось… Показалось…
Егору почему-то показалось, что он врёт. Тип действительно откуда-то знает, что ему нужно.
Но как? . .
Коротышка снова хихикнул:
— Чёрт ладно, я пошутил… Я знал, что за ним придут. Ты ведь — Егор?
Парень даже не заметил, что коротышка, перешёл на ты.
— Да, — в замешательстве подтвердил он. – За чем придут? И откуда вы могли знать?
— Покажите бумажку. — Игнорируя его вопросы, потребовал тип.
— Что? — Не понял Егор.
— Флаер. Вы ведь из-за него пришли.
Фигня какая-то…
Егор достал бумажник, порылся в складках и протянул сложенный листок типу за стойкой. Коротышка нетерпеливо выхватил флаер.
— «Кольцо вашей мечты»… — Прочитал он. – Всё правильно…
Затем вновь свернул бумагу и принялся рвать его на мелкие части. Потом сунул всё под прилавок.
Егор с удивлением наблюдал за его действиями.
— Она вам больше не понадобится, — объяснил тип, заметив на его лице немой вопрос. – Ты ведь больше не придёшь.
Он снова гадливо хохотнул.
— Это почему? – Егору от его смеха было не по себе.
— Вижу, что не по душе наше заведение. Я, знаешь ли, маленько разбираюсь в таких вещах – всегда понимаю, когда кому-то что-то поперёк горла.
Он эффектно провёл пальцем возле шеи и криво усмехнулся.
— Мне то всё равно, дело твоё, только забери вот это…
Коротышка на секунду нырнул вниз и бережно выложил на прилавок чёрную коробочку. На обтекаемой лакированной крышечке красовалась позолоченная восьмигранная звёзда.
— Это ещё что?
— Посмотри, — предложил тип пододвигая коробку ближе к нему.
Он скрестил руки на груди и сделал шаг назад, всем видом показывая, что дальнейшее не его дело.
Егор взял коробочку и открыл. Там было кольцо. Красивое, с голубым камушком, величиной с ноготь мизинца. Камень был похож на те, что были на ожерелье, только сверкал не так ярко.
— Что это? – Чувствуя себя идиотом, переспросил он.
— Ты ведь искал кольцо? – Со своей кривой улыбкой проговорил коротышка.
— Оно не настоящие? – Ничего не понимая, спросил Егор. – В смысле, это ведь подделка?
— Самое что ни есть настоящие: червонное золото и настоящий голубой брильянт. Вообще-то это знаменитая, в своём роде, вещица. — Он веско поднял палец. — Оно называется — «Кольцо Мечты», или, по другому «Кольцо Желаний». Второе название мне больше нравится – более приземлённое. Говорят, что оно способно воплотить самое заветное желание истинно влюблённых.
— И знаешь что… — Он чуть подался вперёд, воровато огляделся, словно опасаясь, что его кто-то может услышать, и сказал доверительным тоном: — Тут возникает кое-какая проблема. Предположим он любит её, а она другого, и оба вполне искренне, но что то, предположим у неё не сложилось, и она крутит с этим. Какое из двух желаний, в таком случае, прикажешь исполнять?
— Да мало ли… — Коротышка подмигнул. — Надеюсь у тебя не так.
— У вас с головой всё нормально? – Озаботился Егор.
Коротышка расхохотался, частично подтверждая его опасения, однако в мгновение сделался серьёзным:
— Сказки конечно, зато красиво. С этим антиквариатом, только свяжись – такого наслушаешься… А уж проклятий разных тьма тьмущая…
— И сколько может стоить такое кольцо? – Холодно поинтересовался Егор.
— Нисколько. Его купили до твоего прихода и велели передать лично в руки, что, как видишь, я и сделал.
— Хотел бы я иметь таких же доброжелателей. – Он опять подмигнул.
Какие ещё доброжелатели? ! Чертовщина какая то! . .
— Кто? . . Кто его купил? !
— Просили ничего не рассказывать. Забирай оно твоё.
— Что за херня? ! Я его не возьму! – Отрезал Егор. — С какой стати? ! Нет у меня никаких таких богатых друзей, что бы делать такие подарки. Да и вообще…
— Ну вот что, молодой человек, — неожиданно перешёл на сухой официозный стиль коротышка, — Мне чужого не надо. Человек, который устроил вам этот сюрприз, сказал, что будет ждать вас в баре напротив, через дорогу. Если вы хотите вернуть кольцо обратно, дело ваше…
Тип сунул коробочку Егору:
— Я бы с удовольствием поболтал бы с вами ещё, но мне нужно работать. Пока нет клиентов, мне надо отсортировать кое какие поступления.
Он повернулся и исчез в тёмном проёме задней комнаты. Просто взял и вышел, оставив Егора
В полном смятении.
— Эй? Эй, вы? ! .
Но коротышка и не думал откликаться.
Не понимая как, Егор вновь оказался на улице. Опомнился только, когда за его спиной звякнул колокольчик, и закрылась дверь ломбарда.
У него было такое ощущение, что мир вокруг, как-то неуловимо изменился. Наверное, просто так казалось в свете проиcшедшего.
Всё тот же замусоренный тупик, кусок улицы, по которой снуют вечно спешащие куда-то пешеходы. Он поглядел на здание напротив. «Пивная нора» — гласила вывеска над дверью.
Ну не дуратское ли название? . .
Егор открыл коробочку и вынул кольцо из специального паза. Покрутил его в руках. При свете дня камень показался ещё красивее — голубой сияющий кусочек звезды.
Он примерил кольцо на левый безымянный палец. Оно с некоторым нажимом прошло лишь первую фалангу. Это означало, что…
Кольцо по размеру полностью подходит для его девушки!
Егор знал наверняка. Недавно он провернул один хитрый трюк, при помощи одной Зоиной подруги. Та затащила её в какой-то магазин дешёвых сувениров и заставила перемерить какое-то количество колец, а затем показала ему то самое, что точно подходило на безымянный палец Зои.
Чёрт, надо же было взять какой-нибудь товарный чек…
И тут его осенило:
— А как кольцо могли купить до меня, если
Ломбард был закрыт? !
Он обернулся к двери, намереваясь во что бы то ни стало добиться правды от коротышки. Дёрнул ручку, но
Дверь не поддавалась. Снова табличка «Закрыто».
— Да что тут творится!
Егор побарабанил по стеклу. В ответ, из-за зеркальных витрин послышалось глухое яростное рычание.
Он отпрянул от двери и, опасливо поглядывая на зеркала, попятился к машине. Нечто невидимое, за стеклом, пристально наблюдало за его действиями. Егор знал это каким-то шестым чувством. Если Оно вырвется на свободу, то бросится на него, будет рвать и метать и не успокоится пока тело человека не превратиться в неузнаваемую массу.
С облегчением он захлопнул за собой дверцу машины. Закурил. Потом завёл двигатель. Косясь на витрины, покатил прочь.
Он вывернул из тупика, бросил взгляд на вывеску через дорогу, соображая где бы лучше припарковаться неподалёку. Проехал пару зданий, свернул налево и оказался в небольшом дворике. Приткнулся возле серой «Десятки» и какой то видавшей виды иностранной модели.
Прошёлся до бара, по дороге то и дело натыкаясь на прохожих.
Ну если это какай-то розыгрыш! . .
Хотя, шуткой здесь и не пахло.
Егор сжал в кармане лакированную коробочку и толкнул дверь бара.
Над головой тренькнул колокольчик.
Блин, понавешали! . .
Он огляделся. В зале посетителей не наблюдалось. Бармен, парень в голубой рубашке, облокотясь на стойку, смотрел, большой плоскоэкранный телевизор, с выключенным звуком. Показывали какой-то футбольный матч. Он кинул на вошедшего парня быстрый напряжённый взгляд (ему бы в снайперы) и вернулся к своему необременительному занятию.
Егор тщательно обшарил глазами все укромные закоулки бара, но первое впечатление было верным. Никого, кроме бармена.
— Что-то желаете? – Бросил парень, не отрываясь от экрана.
— Да…
Егор подошёл к стойке,
— Меня должны были здесь ждать… – Сказал он, ощущая, полную нелепость происходящего.
Бармен обернулся и поглядел на него с внезапным живым интересом.
— Ага. — Проговорил он, словно только что решил наисложнейшую задачу. – Так это наверное вам…
— Что мне? !
— Вы Егор? – Спросил бармен.
Опять двадцать пять…
Егор вздохнул.
— Егор Востов, – уточнил он. — Да это я.
Парень кивнул.
— Вот это вам просили передать, когда вы придёте.
Бармен выудил под прилавком светло коричневый конверт из плотной бумаги и вручил ему. Егор повертел конверт в руках – стандартный, для заказных писем. Тонкий. На лицевой стороне шариковой ручкой нацарапано только его имя и всё. Он отогнул клапан. Внутри была фотография. Ему хватило доли секунды, чтобы узнать снимок…
— Кто его принёс?
— Высокий такой мужчина, метра под два ростом, — парень сделал паузу, ища в глазах собеседника признак понимания. (Ещё бы такого гиганта трудно с кем-нибудь перепутать, только у Егора подобных знакомых не было).
Его лоб прорезали глубокие складки.
— Два метра?
— Да, лицо у него такое, . . невыразительное что ли… В чёрном костюме… Странное такое лицо… Неподвижное какое-то…
Егор хмыкнул.
— Ладно… Я побуду здесь немного?
— Да пожалуйста. – Бармен пожал плечами и скорее по привычке спросил: — Закажите что-нибудь?
— Чашку чая, с сахаром.
Он заплатил за чай.
— Подождите немножко, я сейчас подогрею воду. Присядьте пока, я принесу.
Он кивнул и занял угловой столик и сосредоточился на пакете.
— Вот чёрт, опять угловой! – Воскликнул бармен, похоже вернулся к своему футболу.
Егор открыл конверт, вынул фотографию. Карточка была увеличенной копией той, что вставлена в его бумажник. Улыбающаяся Зоя в купальнике возле озера.
На обороте, он обнаружил надпись, те ми же неразборчивыми каракулями, что и на конверте. Всего две строчки, но от них его кинуло сначала в жар, потом в холод.
«Прими таблетку или она умрёт.
P. S. Кстати, ты знал, что она, беременна? »
Ему вдруг показалось, что он проваливается в глубокую пропасть. Он схватил конверт и перевернул его. Изнутри выпала маленькая розовая таблетка весело заскакала по поверхности стола, норовя скатиться на пол. Егор прижал её ладонью.
— Мудаки! – Негодующе бормотал парень за стойкой. – Не бегают, а ходят! Как беременные! . .
Зоя беременна! ? .
Егор отнял руку и посмотрел на крохотный розовый диск. В голове была полная сумятица. Кольцо, конверт, фотография, пилюля…
Он взял таблетку. Мгновение колебался, затем закинул её в рот. Пилюля была абсолютно безвкусной. Он сглотнул и почувствовал, как она неприятно медленно продвигается по пищеводу.
— Вот ваш чай.
Егор вздрогнул. Странно, что он не заметил, как к нему подошёл бармен. Парень поставил перед ним небольшую чашку.
— Спасибо.
Егор взял чашку. Игнорируя кусочки сахара на блюдце, отхлебнул горькую обжигающую жидкость.
— Красивая. – Сказал парень.
— Что?
— Я говорю, красивая фотография. – Он кивком указал на карточку в его руках.
— Да.
Егор взглянул на снимок. Озеро и пляж остались на месте, а вот девушка в купальнике исчезла бесследно. Он перевернул фотографию. На задней стороне не было ничего, кроме логотипа производителя фотобумаги.
Парень о чём-то говорил.
— Что? – Переспросил Егор.
— Говорю, эти идиоты опять продули вчистую. Два –ноль. Поубивал бы…
— Ага, — согласился он, сам не зная с чем.
Видя что беседы не получится, бармен зашагал к своему рабочему месту. Егор зачарованно смотрел, как он тягуче медленно, словно в воде, переставляет ноги. На прилавок запрыгнула большая кошка. Позевнула, почесала задней лапой свою растрёпанную полосатую шкурку.
— Брысь! – Шикнул на неё парень.
Кошка сиганула вверх. Просеменив вниз головой по потолку, она исчезла за каким-то перекрытием.
Свет вокруг померк. На некоторое время помещение погрузилось в кромешный мрак. Потом в темноте замерцал экран телевизора, на котором бесновалась мелкая зернистая «крупа» помех, что бывает при отсутствии сигнала от антенны. Динамики шипели.
Егор зачарованно наблюдал за игрой люминесцентных снежинок. Вдруг «картинка» подёрнулась, и на экране возникло нелепое лицо женщины — диктора. Блондинка в мятом костюме жмурилась и часто мигала, покрасневшими глазами. Пару раз зевнула, прикрывая рот ладонью. Как будто её только что разбудили и взвели под прицелы софитов и телекамер.
Она несколько раз улыбнулась, каждый последующий, варьируя ширину улыбки. И это было очень странно, потому что глаза её продолжали бессмысленно пялится в пустоту. В конце концов, остановила свой выбор на какой-то средней.
— Так нормально? – Не снимая улыбки с лица, спросила она, обращаясь не то к Егору, не то к кому-то невидимому за кадром.
— Раз, раз. — Продекламировала она. – Как звук? Раз, раз, как дам в глаз…
Она кивнула.
— Ладно поехали…
Женщина выдержала паузу, побарабанив лакированными коготками по столу.
— Здравствуйте, начинаем обзор сегодняшних событий… И сразу же о плохом. Сегодня днём, в одиннадцать часов… — она посмотрела на свои изящные ручные хронометры, — сорок четыре минуты и двадцать семь секунд произошло нечто ужасное… Именно в это время грузовой «Камаз» беспрепятственно проехал по улице «Паркостроя»… Вот сейчас вы видите его на своих экранах…
И вправду, облик ведущей уступил место кадрам довольно паршивой любительской видеосъёмки. С таймером, в нижнем правом углу: 10: 43: 51… 52… 53… 54… – отсчитывались секунды. «Камаз» с ядовито-оранжевой кабиной мчался по улице города.
— На жёлтый свет, грузовик выскочил на перекрёсток с проспектом «Гагарина»… — Оповестил голос диктора.
Повинуясь её словам, машина на экране игнорируя янтарный глаз светофора пересекла стоп линию перед перекрёстком и продолжила движение вперёд.
— И на полной скорости врезался в автобус маршрутного такси…
Изображение «рассыпалось», замелькали частые полосы, разглядеть что-либо уже было невозможно… Только звук душераздирающего скрипа тормозных колодок, пронзительный сигнал клаксона и оглушительный удар в котором смешалось хруст треск и звон рассыпающихся стекол…
— В итоге пострадало двадцать девять, человек, одна из которых, как мы выяснили, девушка по имени Зоя – учащаяся Озёрного Политехнического Университета. Остаётся загадкой, почему она в это время находилась в автобусе, ведь занятия в её группе заканчиваются в два часа пополудни…
Сердце Егора, екнуло и остановилось, он почувствовал, что умирает…
— Эй, приятель, что с тобой? ! ! – Донёсся откуда-то издалека испуганный голос.
Кто-то тряс его, потом хлестал по щекам. С огромным трудом он выкарабкался из глубины чёрного омута. Приподнялся от стола, на котором лежал и недоумевающе уставился на парня в голубой рубахе.
— Что произошло? — Спросил Егор, у которого в голове словно туман клубился.
— Я не знаю. Ты сидел и вдруг – бац, и вырубился… Ты как, в порядке?
Егор промолчал, потому что и сам не знал в порядке он или нет. Голова кружилась. Левая щека саднила. Он дотронулся до неё и скривился, наткнувшись на явный

Друзья! Если вы знаете настоящего автора этого произведения - напишите в комментариях. После рассмотрения вашего комментария - мы либо удалим это произведение с сайта, либо укажем настоящего автора (по вашему желанию)
Если вы считаете это произведение должно быть в другой категории - тоже оставьте свой комментарий

Метки: , , , ,

Один комментарий к День чьей-то жизни

  1. Павел говорит:

    Это кусок моего рассказа. Из трилогии Будни. 🙂 Следующий там Космоческий джаз, который я впоследствии переименовал в Ночную линию.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *